«Сегодня, когда во всем цивилизованном мире осуждаются любые проявления терроризма, публикация подобной книги выглядит, казалось бы, некорректно. Однако ценность перевода «Воспоминаний» Согомона Тейлиряна (в печати преподносится и как Соломон Тейлерян — ред.) несомненна по многим причинам». Как передает корреспондент ИА REGNUM, об этом заявил директор Национальной библиотеки Армении (НБА), писатель и публицист Давид Саргсян на состоявшейся в НБА презентации русского перевода книги воспоминаний Согомона Тейлеряна «Покушение на Талаата».
Актуальность и ценность именно перевода, по словам Давида Саргсяна, заключается в том, что в книге «подробно и правдиво освещаются факты, которые дают возможность русскоязычному читателю иметь определенное представление о событиях, имевших место в конце 19- начале 20 веков в Турции, России и в Кавказском регионе в целом, а также — конкретные реалии и общую ситуацию того безумного времени, непосредственным свидетелем которого был Тейлирян».
Ровно 90 лет назад «считающийся студентом машиноведения Согомон Тейлирян» в центре Берлина выстрелом в упор расстрелял одного из главных организаторов Геноцида армян 1915 -1918 г.г. в Османской империи, бывшего Великого везиря и министра внутренних дел Турции Талаата-пашу. В результате судебного расследования присяжные заседатели Берлинского суда 2-й инстанции вынесли следующий вердикт: «Виновен ли подсудимый Согомон Тейлирян в преднамеренном убийстве 15 марта 1921 года в Шарлоттенбурге человека Талаата-паши? — Нет!». Эти факты и предшествующие события представлены в книге.
Давид Саргсян также сообщил, что мемуары Согомона Тейлиряна записал западно-армянский писатель и общественный деятель Ваан Минахорян. Впервые они были опубликованы в 1953 году в Каире издательством «Лусабер» под названием «Согомон Тейлирян: воспоминания, террор Талаата». На современный литературный армянский язык (между западным и восточным вариантами армянского языка существуют определенные различия — ред.) книгу перевели сотрудники Бюраканской обсерватории АН Армении Завен Гарибян и Армен Осканян (последний является родственником Тейлиряна — правнуком дяди Тейлеряна по отцу). В Армении мемуары вышли в 1993 году с предисловием известной поэтессы Сильвы Капутикян.
В частности, по мнению Саргсяна, поэтесса эмоционально и поэтически насыщенным языком передала атмосферу суда над Тейлиряном: «Когда председательствующий допрашивал обвиняемого, свидетелей, экспертов, то сам не почувствовал, как постепенно разверзлись и распахнулись стены берлинского губернского суда и перед глазами присутствующих предстала неописуемая трагедия. Из пустынь Междуречья, со дна Евфрата, других больших и малых рек, из бездны ущелий и теснин, из-под камней и пепла разоренных городов ряд за рядом восстали тени тысяч и тысяч убитых, заняли трибуну обвинения, а на скамье подсудимых оказались те, которые целых три года, оставаясь глухими и непреклонными, продолжали убивать и сжигать».
Доктор политических наук, профессор кафедры политологии Ереванского педагогического университета Левон Ширинян, выступая на презентации, выразил надежду, что русскому читателю будут понятны мотивы действий Согомона Тейлиряна, который в те страшные годы террора младотурок потерял своих родных и близких. Но вместе с тем, по словам политолога, «народный мститель» при проведении акции возмездия приводил в исполнение не только приговор, вынесенный палачам от лица армянского народа и 1,5 миллионов невинных жертв, но также и выполнил требование Антанты — военно-политического блока Англии, Франции и России.
Ведь сразу же после заключения Мудросского перемирия в1918 года новое турецкое правительство под давлением международной общественности приняло решение привлечь к ответственности виновных в вовлечении Турции в Первую Мировую войну и организации депортации и геноцида армян. В ходе судебных заседаний чрезвычайные военные суды рассмотрели преступную деятельность руководителей младотурецкого правительства, членов Центрального Комитета и ответственных районных секретарей партии «Единение и прогресс». Как заявил профессор Ширинян, «логика подсказывала, что эти заседания по своей значимости должны были преобразиться в некий прообраз Нюрнбергского процесса, однако, к сожалению, этого не произошло — мир не стал свидетелем громогласного обвинения в преступлении против человечества». Тем не менее 5 июля 1919 года приговор был оглашен — 4 из 31 обвиняемых — Талаата, Энвера, Джемаля и Назима (лидеры младотурок заблаговременно были вывезены из Константинополя на германском судне в Германию — ред.) заочно приговорили к смертной казни.
Состоявшийся осенью 1919 года в Ереване IХ съезд партии «Дашнакцутюн» принял решение привести приговоры в отношении главарей младотурок в исполнение. С этой целью была тщательно разработана операция «Немезис» (по имени древнегреческой богини мщения Немезиды), которая преследовала совершенно определенную цель — свершение справедливого возмездия. «Первым исполнителем решения «Дашнакцутюн» и одновременно фактически приговора Военного трибунала Константинополя стал Согомон Тейлерян»,- заключил доктор-профессор Ширинян, особо выделив при этом, что действия «армянских мстителей» отличались высокой эффективностью, а в ходе осуществления акций не пострадал ни один случайный человек.
Инициатор перевода «Воспоминаний» на русский язык, полковник КГБ запаса и автор ряда научных статей и публикаций по тематике «Психология спецслужб» Геворк Саркисянц сообщил в беседе корреспонденту ИА REGNUM: «Возвращаясь к теме терроризма, особенно в современном освещении, следует иметь в виду позицию основоположника международного права Гуго Гроция, который утверждает в своем труде («О праве войны и мира»): «Таким образом, если наша жизнь подвергается опасности вследствие коварства или насилия вооруженной рукой со стороны разбойников, то любое средство избавления — дозволено». Таким образом, следует констатировать, что публикация воспоминаний Согомона Тейлиряна «Покушение на Талаата» с учетом сложившихся реалий в современном мире — есть необходимая оборона!»
В числе достоинств книги Саркисянц отметил то, что в воспоминаниях «особо выделяется необратимость наказания предательства, на что почему-то, в частности, армянскими исследователями, обращается недостаточно внимания при рассмотрении миссии возмездия, которую Тейлирян добровольно взвалил на себя. Известно, что до покушения на Талаата Тейлирян расстрелял предателя Артина Мкртчяна, вина которого в моральном отношении намного больше вины палачей-чужеземцев из Салоник. Он передал турецким властям фамилии и адреса 250 видных представителей армянской интеллигенции. Фактически все они погибли, за исключением 10 человек, ошибочно внесенных в «черный» список. А ведь это проклятье — предательство интересов народа в пользу узко-своекорыстных интересов не только преследовало армян (да и не только армян!) за прошедшую историю, но, что особенно важно, актуально в настоящее время. Кроме того, наказание предателя, предшествующее расстрелу Талаата — совершившего преступление против человечества, в совокупности выносит акт возмездия Тейлиряна за рамки узко национализированного «армянского вопроса»».