В лондонском театре «Ройал-Корт» поставлена пьеса о ежегодном шествии ветеранов легиона Ваффен-СС в Латвии.
Журналист Джон Натан наблюдал за шествием в Риге в День легионеров 16 марта вместе с автором пьесы Алексеем Щербаком и называет это самым спорным мероприятием в календаре стран Прибалтики.
Щербак освещал марш как корреспондент одной из рижских русскоязычных газет. «Язык в этом городе важен», — замечает автор: 700-тысячное население Риги делится, прежде всего, на говорящих по-русски и по-латышски, то есть на тех, кто считает советских солдат героическими победителями фашизма, и тех, для кого русские — оккупанты, с которыми требовалось бороться даже на стороне нацистской Германии.
Щербак написал об этом расколе новую пьесу «День памяти павших», премьера которой состоится завтра в Лондоне. В ней шествие показано глазами русской семьи из Риги, рассказывает автор, и «главный вопрос пьесы — как страна может подвести итог своего прошлого, не воскрешая былых конфликтов».
Автор описывает сбор участников марша на Домской площади: ветераны Ваффен-СС, старики-латыши, которые не могли воевать в рядах Ваффен-СС по молодости. «Улыбчивые подростки, красивые, как актеры сериала «Хор», раздают бесплатные экземпляры свежего номера газеты DDD, корреспонденты которой жалуются на нежелательное русское и еврейское влияние на латвийское общество», — повествует автор. Споры вокруг марша докатились даже до Великобритании: Дэвида Кэмерона критиковали за союз его партии в Европарламенте с европейскими ультраправыми, включая латвийских националистов.
Щербак, подобно Саше — герою своей пьесы, встревоженно наблюдает за тем, что войны нынешних стариков перешли по наследству к новому поколению. В пьесе Аня, 16-летняя дочь Саши, идет протестовать против шествия, а отец советует ей оставаться в стороне от проблемы, расколовшей латвийское общество. Симптоматично, что среди тех, кто выходит протестовать против шествия, практически нет латышей, а среди участников шествия нет русских, отмечает Джон Натан.
«У человека может быть знак СС на мундире, но это не покажет вам, что у него в голове. Солдат — не то же самое, что убийца», — сказал Щербак, когда он и британский журналист наблюдали за шествием. «Такая точка зрения удивит многих, в том числе русскоязычных», — отмечает автор. Но Щербак — отставной спецназовец, воевавший в Афганистане. «Этот опыт, видимо, предопределил его отношение ко всем солдатам, даже старым солдатам Ваффен-СС типа Валдиса, персонажа пьесы», — пишет Натан. Валдис, у которого был реальный прототип, воевал в рядах четырех армий: латвийской, красной, немецкой и советской.
«Для многих латышей независимость неотделима от борьбы против того, что они считают величайшим злом, — господства СССР и России», — пишет автор. От подростков, участвовавших в марше, он услышал: «Если бы Европа была оккупирована СССР, они бы поняли. Оккупация до сих пор не кончилась. Влияние Москвы до сих пор есть». «Вторая мировая война не закончилась», — добавил его друг.