Дестабилизация на арабском Востоке является естественным результатом тех тенденций, которые прослеживались в современной системе международных отношений в последние 2 десятилетия. Возникнув после распада СССР, эта система была лишена четких параметров и предполагала расплывчатую иерархию участников. В условиях слабости глобальных регулирующих механизмов проявился изначально заложенный соблазн для пересмотра как «правил игры», так и статуса самих игроков. Социально-демографический профиль арабского мира сделал его наиболее «сейсмоопасным» с точки зрения системных потрясений местом. Специфичное для каждой страны сочетание внутренних факторов (социальный спазм, вызревание генерационных коалиций, изменения баланса между военными и гражданскими, исламистами и сторонниками светского режима) и попыток внешних игроков корректировать и направлять спонтанные изменения в условиях общей аморфности и нестабильности системы международных отношений привело к ускорению её трансформации.
В этом контексте среди всех факторов для России главное значение имеет активность других игроков, претендующих на пересмотр своей глобальной роли в сторону повышения либо снижения (Франция, Великобритания, США, Турция и др.). Если Россия не продемонстрирует свое отчетливую вовлеченность в эти глобальные процессы, то это будет означать её согласие со своей нынешней ролью державы с угасающим региональным влиянием. Другой путь предполагает кардинальный пересмотр внешнеполитической практики и приведение её в соответствие с целями концепции внешней политики, где заявлено стремление стать глобальной державой.
Это потребует, во-первых, консенсуса элит в самой России (внешняя политика должна иметь «единый голос» и не допускать двоякого толкования), во-вторых, выработки эффективной базовой внутриполитической модели, на основе которой может быть предложен привлекательный «экспортный вариант». Внешняя оболочка этой модели (либеральная демократия, суверенная демократия ) не так важна, как её оригинальность и способность гибко адаптироваться к иным культурно-цивилизационным условиям (в отличие от жесткого западного варианта, который экспортируется в неизменном виде). В арабском мире уже есть две страны, вплотную подошедшие к выбору внутриполитической модели — Египет и Тунис. России необходимо заполнить «вакуум влияния» и предложить конкурентоспособную модель, подчеркивая её уникальные черты (опыт трансформации в России, сходство политической традиции и ментальности, баланс национализма и универсальных либеральных ценностей).
Логика развития событий в арабском мире позволяет сделать вывод о возможности реализации в среднесрочной (до пяти лет) перспективе оптимистичного, нейтрального и пессимистичного с точки зрения интересов России сценариев. Первый («динамика и хаос») предполагает на глобальном уровне — рост нестабильности, окончательное расшатывание системы международных отношений (МО) и полную дискредитацию глобальных институтов, на региональном — распространение восстаний за пределы региона, возможно, с выходом на южный фланг постсоветского пространства, гражданские войны в странах региона, причем военная и миротворческая инициатива будут полностью находиться в руках других игроков.
В рамках второго сценария («стагнация и заморозка») в глобальном масштабе произойдет угасание напряженности, коррекция существующей системы МО с реформированием институтов и незначительной перестановкой в иерархии игроков. В арабском мире в таком случае произойдет стабилизация обстановки за счет ограниченной трансформации политических моделей, западное влияние будет укрепляться, а роль России сведется к традиционному экономическому партнерству со сложившимися режимами.
Полная реализация третьего сценария («динамика и прорыв») маловероятна, однако есть шанс того, что проявятся некоторые присущие ему тенденции. На глобальном уровне произойдет кардинальное изменение системы МО, причем иерархия игроков в её рамках сложится на добровольной основе, что не будет давать поводов для ее пересмотра в обозримом будущем, управляемость процессами повысится за счет диалога цивилизаций, конкуренция перейдет в концептуальную плоскость, причем Россия станет активно использовать свои конкурентные преимущества в этой сфере. В арабском мире произойдет глубинная трансформация политических моделей, при этом лишь часть из них будет следовать западному шаблону, а роль России повысится за счет всестороннего проникновения в политическую, экономическую, идеологическую и информационную среду ключевых государств региона.
В краткосрочной перспективе (в рамках настоящей ситуации, когда еще сложно определить черты конкретного сценария) Россия должна подчеркивать свой надконфликтный статус, декларируя отсутствие прямой заинтересованности в интересах сторон, и активизировать миротворческую роль, которая при малых затратах дает высокий прирост в позитивном восприятии имиджа. Кроме того, необходимо комплексное восприятие ситуации, отказ от «игры с нулевой суммой» и рассмотрение всех возможных вариантов коалиций по интересам. Это потребует минимизации идеологического аспекта при подборе партнеров.